chugaylo (chugaylo) wrote,
chugaylo
chugaylo

Поток жизни

– Пойдемте со мной, – сказал мужчина спокойным, без нажима и просьбы голосом.
– Куда? – удивилась Марина. Коротко засмеялась.
– Вы вообще-то кто?
– Пойдемте, – повторил мужчина. Высокий, в длинном черном пальто, он держал руки в карманах и уверенно смотрел ей в глаза.
– Вы не пожалеете.
Сказано было очень убедительно. Похож на гипнотизера, – подумала она. Бородка, голос бархатный. Нужно сматываться.
– Вы не подумайте, я не маньяк, – лёгкая усмешка.
Женщина снова не удержала смешок.
– Чем докажете?
Мужчина с готовностью вынул руки из карманов пальто, покопался в его внутренностях, отступил на шаг, бросил быстрый взгляд на сомневающуюся.

– Похоже? – спросил он через минуту, протягивая блокнотик, на котором красовался карандашный портрет Марины. Она глядела немного растерянно и устало, и в то же время в повороте головы, в пристальности взгляда можно было угадать потаённую надежду.
– Что это значит? Вы хотите сказать, что среди художников не может быть маньяков?
– Не слыхивал о таком.
– Только не нужно про гениев и злодейство, тем более я ничего не понимаю в живописи. Впрочем, давайте ваш портрет.
Художник аккуратно оторвал листок и протянул Марине.
– Так вы хотите, чтобы я вам позировала?
– У меня не было каких-то конкретных планов, – развел руками. – Просто предлагаю довериться очарованию сегодняшнего вечера. Так идём?
Мужчина выжидающе шагнул в сторону.
– Как вас зовут? – Марина нехотя ступила следом.
– Евгений. Евгений Петрович. Женя. На выбор. Как вам удобнее.
Помолчали. Шли – он чуть впереди, Марина прогуливающимся шагом, словно и не с ним вовсе.
– А художники никогда не интересуются именами своих натурщиц?
– Для художника важен образ женщины, то, кем она является на самом деле, а не привыкла себя считать. Поэтому у меня уже есть ваше имя, и спрашивать паспортное было бы неискренне.
– Вы не устаете меня удивлять, – сказала дважды поименованная со смехом. – И каково же мое настоящее имя?
– Вы смелы, решительны, у вас широкий взгляд на мир, чувство прекрасного развито в вас сильнее, чем вам самой кажется, вы вполне независимы, Мария!
– Не угадали!
– И не пытался. Я же говорил о собственном видении. Вот и мой дом, сюда, пожалуйста.

– Давайте вашу шубку... Тапочки… Не сочтите за фамильярность, но в доме, в обжитом пространстве жилья человек должен чувствовать себя уютно, иначе зачем нужен дом, правда?
Евгений Петрович помог снять полушубок, галантность в эту минуту сочеталась в нем с некоторой чопорностью, умением держать дистанцию. Мария переобулась и вошла в комнату. Ковер на полу с темным концентрическим рисунком, книжные полки, музыкальный центр на столе в углу, диван, ни телевизора, ни компьютера, всего одна картина: просека в дремучем лесу и уходящие по ней мужчина и мальчик, держащиеся за руки. Мужчина вполоборота, словно оглядывается на вас. Зовёт с собой?
– Ваша?
– Было дело. Каждый год езжу куда-нибудь подальше от города, в деревню, рисую другую жизнь.
– А почему бы совсем там не поселиться?
– Поток жизни. Выносит и возвращает. Не хочу противиться, – улыбнулся Евгений Петрович. – Чаю, вина или чего-нибудь поосновательнее? На предмет ужина я имею в виду.
– Чч… аю, – неуверенно произнесла Мария.
– Вина! У меня есть замечательное, из Малаги, друг привез.
– Тоже художник?
– Банкир. Но подружились мы гораздо раньше.
– Почему «но»?
– Да вы же поняли, Мария. Или не Мария?
– Пусть будет Мария, несносный вы человек!

– Я не буду предлагать вам на брудершафт – эта детская уловка может быть оправдана только обилием выпитого, чего нет, но скажу такую вещь: полноводное течение, ток жизни, который сводит людей вместе, имеет обыкновение в какой-то момент убыстряться, сгущаться, закручиваться в водоворот. Вы чувствуете?
– Постойте… постойте, Евгений Петрович, дайте спросить… У вас нет жены?
– Это так важно? Мария…
– Для меня важно, да и не хотелось бы, чтобы кто-то позвонил в дверь в самый неподходящий момент.
– Не позвонит. Жена осталась в смутных видениях прошлой, правильной, остепененной жизни. Я слишком влеком, непостоянен, Мария…

– Ничего, что я на ты перешла?
– Чудесно! Сказать по совести, этот «Евгений Петрович» сообразен моей бороде, но вопиюще диссонирует с моим внутренним ощущением себя. Женечка же из твоих уст приводит в экстаз.
– Я заметила.
Марина улыбнулась, провела рукой по бородке художника, прильнула, поцеловала, придерживая двумя руками раскрасневшееся лицо искусителя.
– Я должна идти. Не знаю, как у тебя заведено… Но вино было хорошее!
– Постой!
Евгений Петрович взял с полки блокнот – побольше уличного, карандаш. Рисовал он быстро, уверенно, карандаш летал возбужденно и остро, смотреть на них было одно удовольствие. С рисунка на Марину глянула совершенно счастливая женщина, в которой ей гораздо труднее было узнать себя, чем на первом портрете. И гораздо приятнее.
– Можешь мне не верить, Маша, но сейчас, в эту самую минуту для меня нет более близкого, желанного и любимого человека!
Марина, снисходительно улыбаясь, покачала головой:
– А что будет в следующую минуту?
Евгений Петрович положил блокнот на стол, шагнул к Марине, притянул к себе, шутливо рыча, поцеловал – долгим, требующим ответа поцелуем.

– Ты умеешь пользоваться телефоном или технические новшества «вопиюще диссонируют» с твоим внутренним миром?
– Маша, ты знаешь про меня почти всё. Завтра я буду ужасно тосковать, но если ты оставишь свой номер, я смогу с этим справиться!
– Ты еще несноснее, чем я предполагала в самом начале, Женечка.
Она внятно, делая паузы перед дефисами, продиктовала номер мобильного.

В автобусе, который сумрачно вез её домой по пустынным улицам, Марина вдруг подумала, что цифры, действительно, прозвучали как-то мертво, механически, словно взявшись из другой пьесы, словно жизнь – живая ли, запечатленная ли на бумаге – отвергала их. Не по-зво-нит, – решила она. Портрет жены художника в юности, – почему-то всплыла фраза. Улыбнулась. И еще неизвестно, кто больше пожалеет!
Tags: рассказ
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 45 comments