chugaylo (chugaylo) wrote,
chugaylo
chugaylo

Category:

Книги Модиано, Акунина, Честертона

1. «Улица Темных Лавок» П.Модиано
Ги Ролан, потерявший память 10 лет назад, пытается выяснить, кто же он на самом деле, и что тогда случилось. Эту книгу следует читать, вооружившись картой Парижа, чтобы в режиме он-лайн отслеживать странствия героя в поисках прошлого. Он не послушал скрытого совета своего друга и бывшего патрона Хютте: «Но видите ли, Ги, я спрашиваю себя, стоит ли его искать…», за что и поплатился.

Книга написана вроде бы просто, лапидарно, но её сдержано-печальный тон сообщает повествованию неизъяснимую притягательность, а сочувствие герою может в конце привести чувствительного читателя и к нешуточному потрясению.

Если пытаться вывести из прочитанного у Модиано мораль, то она будет звучать так: никогда не доверяйте свою жизнь и жизнь любимой малознакомым людям.

2. «История Российского государства. От Ивана III до Бориса Годунова. Между Азией и Европой» Б.Акунин
По причинам, не до конца ясным мне самому, я начал знакомство с «историческим проектом» Акунина с третьего тома. Скажу сразу, мне понравились стройность изложения, его структура, попытка поставить диагноз – почему так блестяще начинавшееся «второе российское государство» (по классификации Акунина) пришло к краху во времена Смуты.
Акунин часто ссылается на труды своих великих предшествеников, но и не отказывает себе в праве выносить собственные оценки. Об Иване III (годы правления 1462-1505), например, он отзывается как о государственном деятеле, умевшем добиваться поставленных целей, не спеша, последовательно, без лишней крови подданных решать задачи укрепления своей власти и расширения контролируемых территорий.

Сын Ивана Василий III (г.п. 1505-1533) уже не так хорош, как отец, он скорее реагирует на ситуацию, а не проводит собственную целенаправленную политику, никак не может решить проблему наследника, которая для самодержавного строя является ключевой, что особенно ясно станет при правлении сына Василия – Ивана IV Грозного (1533-1584). Начало 16-го века для России Акунин называет потерянным временем.

Глава, посвященная Грозному, полна кровавых подробностей, и, конечно, признать этого царя выдающимся государем можно было бы только в состоянии помрачения рассудка. Тем, кто устанавливает ему памятники, можно было бы посоветовать провести мысленный эксперимент – перенестись в середину 16-го века во времена опричнины и почувствовать на себе все прелести правления дорого их сердцу монарха.

Завершается книга историей Бориса Годунова (1584-1605) с его неудачной попыткой основать новую династию. Несвоевременная смерть в момент его противостояния войску Лжедмитрия I решила дело: «когда после смерти Бориса возник вопрос, кто легитимнее: сын Ивана Грозного или сын выскочки, для массового сознания ответ был очевиден». Народ захотел себе «законного» правителя, каким бы (по своим человеческим и политическим качествам) он ни был. Годунова Акунин считает способным, хотя и не лишенным недостатков правителем, которому во многом не повезло.

Главной проблемой «второго российского государства», государства ордынского типа, по мнению автора, было (и остается до сих пор) неумение (нежелание) самодержца делиться властью. «Любые личные недостатки государя, аберрации характера, болезни немедленно сказывались на состоянии всей страны».

3. «Возвращение Дон Кихота» Г.К.Честертон
Странный роман классика английской литературы, местами напоминающий сочинения Вудхауза о богатых аристократических английских бездельниках, но в данном случае автор сталкивает их с реальной жизнью. Камерное поначалу повествование о репетициях самодеятельной пьесы из жизни короля Ричарда Львиное Сердце в одном богатом поместье перерастает в сатиру на экономическое и политическое устройство Британии, клеймит вопиющую социальную несправедливость, когда средства производства отчуждены от тех, кто на них работает, заглядывает на территорию жанра утопии, когда в современной Англии вдруг возрождается самодержавная монархия, и завершается признанием того, что «общественную пользу приносит лишь частная борьба».

Сивудское же поместье, где разворачивались основные события, вновь становится аббатством.

Нельзя не отметить афористичность письма Честертона.
"- Неужели вы думаете, - воскликнул удивленный Сивуд, - что эти дураки на что-нибудь годятся?
- Предположим, что они дураки, - сказал Иден. - Но я-то не дурак и знаю, что без дураков не обойтись".
Tags: история, книги
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 43 comments