Category: дети

Иголки

«Жизнь Ивана». Ольга Семенова-Тян-Шанская

Книга имеет подзаголовок «Очерки из быта крестьян одной из черноземных губерний». Здесь собраны материалы многолетних наблюдений за жизнью крестьян села Гремячка и соседних сел и деревень Данковского уезда Рязанской губернии. Этнографическое исследование сделано Ольгой Петровной Семеновой-Тян-Шанской, дочерью знаменитого русского географа и путешественника, она проводила в имении отца большую часть года и имела возможность воочию наблюдать быт и нравы крестьян. Её труд остался незавершенным (Ольга Петровна умерла в 1903 году в возрасте 43 лет), но и то, что ей удалось записать, дает очень многое в знании крестьянской жизни на рубеже 19-го и 20-го веков.

Начинается книга описанием имущества – что составляло хозяйство среднего крестьянина и сколько стоило. Дальше идут маленькие главки, посвященные различным сторонам крестьянского быта:
свадьба – невестку рассматривали как дармовую рабочую силу, поступающую в распоряжение семьи, поэтому «малого… торопились женить»,

семейная жизнь – Collapse )

Вообще картина вырисовывается не слишком радужная – тяжелый труд, опасные для жизни болезни (особенно в детстве – «в большинстве семей умирает более половины всех рожденных детей»), неразвитость, грубость, антисанитария, частый голод (в неурожайные годы), привычка к пьянству, незащищенность перед властью, широко практикующей и штрафы, и физическое наказание (порка), жизнь, большей частью протекающая будто во сне.

Нельзя не отметить прекрасное, стилизованное под лубок оформление книги, выполненное рукой И.Тибиловой. В самом конце приводится подробный план дальнейших исследований, который автору, к сожалению, в полной мере осуществить не удалось, но ценный сам по себе перечислением того, из чего состоит практически любая жизнь.
Иголки

Бабушка Даша. Часть 6. Возвращение в Москву, работа дояркой в Юшино

Часть 1. Часть 2. Часть 3. Часть 4. Часть 5.
В начале войны моя бабушка Дарья Тихоновна с пятью детьми вместе с Мытищинским заводом эвакуировалась в Саратов, но потом ушла с завода в колхоз. После войны из-за тяжелой болезни она не могла больше работать в деревне и вместе с детьми из Саратовской области перебралась в Москву к старшему сыну Петру.

Мама рассказывала: «Приехали, а жить негде. Все дети по разным углам, у родных и знакомых, а у них у самих повернуться негде. Мне пришлось жить у наших знакомых, с которыми подружились в саратовской деревне, у Корочкиных. Я и их дочка Шура стали как сестры. Она уже скончалась, царствие ей небесное.
Как-то мать сидит на вокзале, чуть не плачет, с ней какая-то женщина разговорилась и подсказала, есть, мол, совхоз в Юшино, в Подольском районе, там им доярки нужны и жилье предоставляют — ехать с Курского вокзала, от станции Гривно недалеко.
Collapse )
Иголки

Ключи Ле Крона

Об этих штуках можно прочитать в книге М.Р.Гинзбурга и Е.Л.Яковлевой «Эриксоновский гипноз: систематический курс».

Ле Крон, известный гипнотерапевт, работавший с бессознательным своих пациентов, установил на основании многолетней практики, что причины всех проблем и симптомов (например, головная боль) можно отнести к весьма ограниченному числу групп или областей, которые и получили название «Ключи» Ле Крона. Эти ключи дают наглядное представление о том, какие неприятности могут таиться в бессознательном, негативно влияя на нашу повседневную жизнь, вызывая конфликты в отношениях с людьми, болезненные проявления и депрессию.

Я, например, даже без погружения в транс обнаружил, что к моему бессознательному подходит ключ №1.

Collapse )

И в заключение выводы, которые я сделал по прочтении этой книги.
Первое, причина мучащих нас проблем может крыться в нашем бессознательном.
Второе, от проблемы можно избавиться, обратившись к специалисту, причем существуют методы, позволяющие найти решение достаточно быстро.
Иголки

Булгаков и дети

Нашел в книге Алексея Варламова о Булгакове ответ на давно интересовавший меня вопрос – почему Булгаков не хотел иметь детей. Варламов приводит рассказ пианистки М.А.Пазухиной, которая, наблюдая, как дружно и весело Михаил Афанасьевич проводит время на пляже в Крыму с её сыном, начала разговор на тему – почему бы им с Любовью Евгеньевной не завести собственного ребенка. По свидетельству Пазухиной, Булгаков сказал:
«Нет, я и так хотел бы иметь, если бы знал, что он будет здоровый и умный, а не идиот, – тогда я хотел бы иметь, а так как я знаю, что он здоровым не может быть (он сам болезненный и нервный), то и не хочу».

Это 1925 год, Булгакову 34 года, не нужно забывать, что он по образованию врач, да и относительно раннюю смерть своего отца от внезапной неизлечимой болезни наверняка всегда держал в голове. Важно, что он не сомневается, не предполагает, а ЗНАЕТ, что ребёнок не может быть здоровым. Для человека с подобным (интуитивным) восприятием мира такое знание, предчувствие будущего очень естественно.
Иголки

"Дети Ананси". Нил Гейман

Я купил эту книгу дочке – поклоннице фэнтези и фантастики. И роман не произвел на неё большого впечатления. «Реал с элементами мистики», – определила она, не найдя там ничего, что могло бы поразить её искушенное воображение.
Я – другое дело. Я нашел там, например, очень своеобразную оппозицию зла, которое воплощает Тигр (жестокость, властолюбие, мрачность), и добра, принявшего образ человека-паука Ананси (изощренный ум, юмор, переходящий в издевательство, желание и умение нравиться, эгоизм). В общем, добро довольно относительное, хотя и обаятельное. Есть над чем задуматься, особенно в свете того, что «чистое», «моральное» добро, почему-то пока не может сильно потеснить зло, а частенько само становится неотличимо от зла в своих проявлениях.
То есть это книга не только о приключениях богов и их детей, не только о любви или о том, что преступник должен быть непременно наказан, а человеку полезно уметь признавать свои ошибки. Выдержана она в симпатичном ироническом стиле, когда автор слегка подтрунивает над героями, не скатываясь при этом в нарочитый стёб.
Любимая фраза (давно не попадалось более оптимистического):
«Ладно, – подумала она. – Быть мертвой немногим отличается от всего остального на свете: учишься и импровизируешь на ходу».
Иголки

Матчество

На «Эхе Москвы» говорили об экзотических именах. Позвонила женщина.
– Меня зовут Кира Евгеньевна. Я родилась в 1927 году, мама – пламенная большевичка – назвала меня Кира, то есть Китайская революция. Отца моего звали Донат, так мама написала письмо в правительство, что вот мы боремся за эмансипацию, за права женщин, а детям даем только отчество! И ей разрешили дать мне матчество. Я единственный человек в стране, у которого не отчество, а матчество. Я ее спрашивала, ну, хорошо, что тебя зовут Евгения, а если бы Мария? Тогда ты была бы Марьевной, мама говорит.

Парадокс – чем больше в человеке чисто человеческого (идеологии в частности), тем меньше человечности.